RU EN
 
 
 
 

Виталий Пушницкий

«INCIDERE VENEZIA»

объекты
7 - 26 июля 2008



В прекраснейшем из городов мира – Венеции – летом, как всегда, проходит Мостра, биеннале искусств (в этом году архитектурная). Галерея pop/off/art стремится передать дух и чувственность Венеции на московской выставке.

Виталий Пушницкий (р. 1967) сегодня, по общему признанию – петербургский художник №1. Он удостоился персональных выставок в Эрмитаже и Русском музее, участвовал во многих международных биеннале современного искусства и престижных выставках, его работы включены в собрания ряда музеев по всему миру. Его новый проект включает около 20 объектов, выполненных в технике уникальной авторской гравировки по полистиролу. Работы заключены в пластиковые боксы и освещены отраженным светом. Сюжет их прост до банальности – это архитектурные элементы Венеции, ее стены и окна, решетки, арки.

Название проекта переводится с итальянского языка как «гравировать образ Венеции». Глагол incidere восходит к знаменитому латинскому выражению in situ, которое используется как археологический термин и означает «найденное на месте в нетронутом состоянии». Также incidere с итальянского переводится как «отражать, записывать на грампластинку, восстанавливать оригинал». Именно это и делает художник: как при химической реакции идет восстановление вещества, так рельеф на пластинах полистирола восстанавливает Венецию не только визуально, но и тактильно. Изображение создается на современном лазерном оборудовании. Оно набирается строчка за строчкой, линия за линией, в результате чего появляется неглубокий рельеф, видимый за счет градаций света на нем и почти осязаемый. Замысел проекта сам художник описывает следующими словами: «Гуляя по Венеции, которая уже стала хрестоматийной «туристической Меккой» и давно разобрана на видовые открытки, можно заметить, что реальный город очень тесен, его невозможно рассмотреть. Толпы туристов и узость тротуаров, сжатых каналами, приближают стены, окна, зарешеченные ворота на расстояние вытянутой руки. Возникает новая вещественность Венеции, которую можно потрогать, пощупать, но трудно разглядеть из-за чужих спин и голов.

Размноженные и растиражированные виды Венеции хотя и визуализируют один из привлекательных туристических мифов, но не дают ощущения ее фактурности. Двухмерная плоскость фотографического изображения слишком условна для подлинного восприятия объекта. Как младенцы изучают поверхности на ощупь, тактильно, так созданный из изображения рельеф превращает его снова в трехмерный объект. Подобным образом на грампластинке вполне вещественно создаются желобки, которые содержат в себе информацию другого качества – музыку. Так и рельеф содержит в себе тактильную информацию, становится отпечатком Венеции.

Фотография, переведенная в рельеф, из обычной азбуки становится азбукой Брайля.
Проект представляет собой результат работы с поверхностями, объемами, разными типами пространства, игры на световых эффектах негатива и позитива, на субъективных гранях реальности. Выгравированный образ Венеции – не столько визуальный, сколько тактильный, отраженный, отпечатанный, как след, как найденный и осмысленный артефакт.

Изображение, которое содержится в рельефе, лучше видно в отраженном свете. Подобное освещение некоторых поверхностей рельефа создает иллюзию лунного света. Сам цвет материала, на котором изготовлен рельеф, похож на свет луны со знаменитой картины живописца Куинджи «Лунная ночь на Днепре». Ночью, при слабом, неверном, отраженном источнике света, поверхности воспринимаются более чувственно, как будто обретают новую плотность, материальность. Этот эффект еще раз подчеркивает, что изображение, из фотографии ставшее рельефом, – это самостоятельный объект искусства, лишь отсылающий к первоисточнику».