RU EN
 
 
 
 
Марго Овчаренко

«Furious like a child»

6 сентября - 20 октября 2013

Куратор Наталия Протасеня


галерея pop/off/art Москва
4-й Сыромятнический пер. 1, стр. 6
Центр Современного Искусства "Винзавод"

Марго Овчаренко – одна из ярких представительниц молодой российском фотографии, чье творчество формально можно было бы считать продолжением традиции так называемой «интимной» фотографии (intimate life photography), зародившейся еще в 1970-х гг. Марго берется за вечные темы взросления: одиночество, неловкость, хрупкость и ранимость юных созданий, чье становление – болезненный процесс, полный сломов, стыда и тайного отчаяния. Но делает она это в своей, очень узнаваемой манере. В ее работах нет болезненности и страха Ларри Кларка, нет плотского сладострастия Нан Голдин, - на первый взгляд они почти нейтральны. Тела холодны и андрогенны, будто неживые. Эмоции, даже если они есть – тысячекратно удалены от зрителя. Марго сопровождает свои фотографии честными и наивными в своей простоте текстами, похожими на дневниковые записи. И тем не менее «фотографическим дневником» ее работы не являются. Это не моментальные снимки, сделанные с целью зарегистрировать тот или иной момент жизни, но тщательно выверенные постановочные фотографии – «полотна», где свет и композиция погружают нас в состояние медитативной созерцательности, свойственной пикториальной фотографии. Герои Марго скучают, томятся, страдают, курят, плачут, изучают свое тело, стоят на голове в интерьерах бесчисленных московских коммуналок, но все это происходит как бы во вневременном пространстве, где прохладный стерильный свет выхолащивает все лишнее, превращая их в отстраненных героев-страдальцев, бесстрастных в своем мудром принятии.

Тело как объект, как скульптура, интересует Марго не меньше того, что за эмоции это тело скрывает. Бесконечное перетекание формы и содержания создает ту самую ауру, которая сквозит даже при работе Марго с так называемыми «трешовыми » сюжетами, где до боли знакомые темы стандартов красоты и определения границ интимного предстают перед нами во всей своей монументальной торжественности. Можно сказать, что Марго пытается фетишизировать, канонизировать отрочество и юность, наделить их сакральными свойствами. 

«Furious like a child», последний проект Марго, посвященный характерным для нее темам гендера и самоидентификации, целиком построен на опыте личных переживаний. Черпая из детских воспоминаний и ощущений нескончаемый материал для исследования, Марго пытается нащупать те связи и механизмы воспитания, которые приводят молодых женщин  (тех же выросших девочек) к единой поведенческой модели, где стыду и унижению отведено слишком большое место.  Измученные, распятые тела (снова эстетика кватроченто) – но теперь уже женские. Женщина, чье тело с детства низводится до состояния объекта. Женщина, исступленно следующая насаждаемым извне канонам красоты и женственности. Женщина, беспрестанно борющаяся за свое право быть автономным субъектом, агентом действия, актором. Но тема женской самоидентификации, крепко-накрепко ассимилированная современным искусством еще 50 лет назад, у Марго получает новое преломление. В своих образах Марго сознательно или бессознательно апеллирует к эстетике возвышенного, поднимая почти религиозные темы стыда и жертвенности, переплетая их с актуальными и острыми вопросами насилия, жестокости, табу, свободы от насаждаемых стандартов. В своей работе Марго часто прибегает к тяжелым и шокирующим образам, заимствованным из порнографии: безличные картинки, найденные в интернете, транслируют тот болезненный дух беззащитности и травмы, что всегда так или иначе присутствует на всех ее работах. Именно на этом контрасте возвышенного и пошлого строится художественный метод Марго, позволяющий достичь высокой степени психологизма ее визуального языка.

Школа художественной гимнастики, где девочек с раннего детства физически и эмоционально ломают, заставляя соответствовать определенной модели, по мнению автора, является прямой метафорой современного общества, «форматирующего» будущих женщин в соответствии с и ныне процветающими законами потребления женской красоты. Подобное программирование есть база для формирования архаичной модели восприятия женщины, где она является лишь телом, объектом манипуляций и заложницей того образа, за несоответствие которому она жестоко карается, переходя в категорию отбракованного товара. Но женщина у Марго – это не просто бесправная жертва существующего положения вещей. Наделенные решимостью загнанной в угол добычи, героини Марго угрожающе беззащитны. Они научились агрессивно предъявлять свою сексуальность, умело пользуясь заложенными с детства приемами. И именно здесь, на контрасте агрессии и уязвимости, рождается конфликт, придающий этим образам ту глубину и многомерность, которыми неизменно отмечены все работы Марго Овчаренко.

Наталия Протасеня